Вернуться: Серия книг «Неистребимый»

Неистребимый-2: Разбудить Зверя

Сергей Зайцев

Неистребимый: Разбудить Зверя

Все книги серии «Неистребимый»:

  1. Паломничество к врагу, 2. Разбудить Зверя (Неистребимый), 3. Сила Желания

Об авторе:

Сергей Зайцев – современный российский автор, пишущий в жанре приключенческой фантастики. В настоящее время у автора издано более десяти романов.

Аннотация:

В бесконечных космических безднах, среди множества миров и светил затерялся таинственный мир Хабуса. Загадочная Сфера окружает планету, поглощая солнечный свет. Каждый житель Внутреннего Круга, в землях, где правит истинная магия, с детства знает притчу о Волшебном Звере, спящем тысячелетним сном, и о Неистребимом Герое, которому суждено разбудить Спящего и вернуть миру свет, исполнив тем самым древнее Пророчество…

Часть 1. Непрошеная легенда

1. Элиот Никсард

Выглядел этот мир исключительно паршиво.

Небо, солнце, земля – все никуда не годилось.

Разве это небо? Вот эта свинцовая толща, загроможденная черными этажами рваных, клубящихся туч, лениво плывущих в неизведанную даль – небо? А что за солнце! Какая-то бледная клякса изредка проглядывала сквозь случайные прорехи грозового одеяла в тщетной попытке осветить простирающуюся под ней землю…

С землей было хуже всего. Не земля, а скорее – раскаленная сковородка, которую какой-то древний забывчивый бог поставил на палящую во всю адскую мощь гигантскую конфорку. Поставил так давно, что ее содержимое – к примеру, вот эта планета, превратилось в совершенно нераспознаваемую спекшуюся массу – шлак и пепел…

Да, это всего лишь метафора, но она довольно точно отражала суть наблюдаемой картины: куда бы ни падал взгляд, везде простиралась раскаленная равнина. Темные пятна менее нагретых участков, словно причудливый камуфляж, беспорядочно перемежались с раскаленными докрасна. Сквозь змеящиеся трещины, густой сетью покрывающие всю видимую поверхность магматической коры, неустанно прорывались языки желто-красного пламени. Чаще всего они просто гасли от порывов удушливого горячего ветра, уступая место таким же скоротечным огненным собратьям, но иногда закручивались яркими смерчиками и успевали преодолеть не один десяток метров, прежде чем закончить существование.

Все вместе взятое весьма смахивало на первозданный мир, еще не остывший после Сотворения. Вот только некое аномальное пятно, расположенное в гипотетическом центре этого раскаленного ада, несколько портило общую картину…

* * *

Я неподвижно сидел на корточках, упираясь локтями в колени и расслабленно опустив кисти рук.

Ассоциации, вызванные размышлениями по поводу устройства этого бредового мира, были такими же мрачными, как и сами мысли. Хаотичная и одновременно подозрительно слаженная работа огненных язычков, пляшущих по гигантской жаровне перед моими глазами, напоминала шевеление пальцев неведомого многорукого чудища, ощупывающего сквозь трещины поверхность подземной темницы. Чудищу было тесно. Оно упорно стремилось вырваться на волю. И с холодной яростью пялилось в недоступный для него мир громадным голубовато-прозрачным глазом.

Не слишком приятная ассоциация.

Ведь я как раз находился на этом «глазе»: посреди пекла необъяснимым образом зияло гладкое ледяное пятно, около десяти метров в диаметре. И не таяло.

Недоуменно покачав головой, я снова потянулся к поверхности почвы, находившейся за льдом – потянулся сознанием, оставаясь на месте. Гамма различных подощущений оживленно и нетерпеливо вилась вокруг основного потока внимания, напоминая массу оборванных, перебираемых легким ветром невидимых паутинок. Несколько минут назад, оказавшись после телепортации здесь, прямо в центре этого пятна, и следуя подсказке инстинкта самосохранения, я ошеломленно замер. Превратился в каменного истукана. Обратился в слух, зрение, осязание. Замер, изучая обстановку и ощупывая пространство лишь в пределах ледяного пятна. Минуты благополучно утекли, а тревожный звоночек в сознании не стихал. Поэтому я решился пойти дальше, и мысленно переступил границу ледяного круга.

Осторожное касание, и…

Перепад температур оказался столь резок, что сеанс мазохизма мгновенно прекратился сам собой. Псевдоподии ментальной сети судорожно отдернулись от поверхности земли и втянулись обратно в энергетический кокон ауры. На мгновение мне даже почудилось, что запахло паленым, хотя это, конечно, лишь иллюзия – гореть нечему. Исключительно субъективное ощущение, но приятным его никак не назовешь.

Ну-с, и что со всем этим прикажете делать?

Ощущение-то субъективное, а вот жар за границей ледяного круга – вполне реальный, как и смертоносный холод под ногами. Честно говоря, если бы не уникальные способности, присущие мне исключительно как лешуку, то холод превратил бы меня в ледяную статую в считанные минуты после появления в этом мире.

Мысль заставила поежиться. Каким бы неуязвимым я ни казался окружающим, простые человеческие эмоции мне не чужды. Страх, например. Жизнь в любой момент может подложить такую свинью, что никаких способностей не хватит для выживания.

В этот раз способностей хватило, причем с изрядным запасом.

Прежде чем я сумел разобраться в ситуации в момент переноса, защита организма сработала самостоятельно, и энергетика мгновенно подскочила на порядок выше, как бы укутав все тело в невидимый скафандр. Невидимый, естественно, для простого смертного, не продвинутого ментально. Сам-то я серебристое свечение своего биополя видел отлично. Нельзя сказать, что ощущение дискомфорта полностью пропало – ведь холод никуда не делся и продолжал неутомимо грызть защиту мелкими острыми зубками, но все же «морозильник» удалось временно нейтрализовать, что дало возможность относительно спокойно подумать над тем, куда я, собственно, попал.

На первый взгляд… да и на все последующие этот мир явно не предназначался в качестве среды обитания для живых существ. Но раз меня все-таки перебросило сюда, выходит, эти самые живые существа просто обязаны здесь обитать. Псевдоразум хкаси-телепорта не может ошибаться, он выполняет пожелания клиента исключительно точно. По крайней мере, до сих пор было именно так. Так в чем же тут загвоздка?

Когда обманывают чувства или неадекватно воспринимают и отражают мир, то остается еще собственный разум. А он подсказывал, что преподнесенная мне в визуальных образах и субъективных тактильных ощущениях картина мира никак не может быть истинной. Совершенно особая структура энергетики пространства. Больше иллюзии, чем действительных физических изменений… Хотя последних немало и сработаны они настолько тщательно и добросовестно, что желания прогуляться по пышущей жаром поверхности упорно не возникало.

Тщательно сработанная и смертельно опасная фальшивка.

Тот, кто ее создал, вряд ли оставил свое «детище» без сигнализации. «Паучок» рано или поздно обязательно явится для проверки «паутины». Одна проблема – ждать я не мог. Терпения мне не занимать, но энергетика организма тратилась на защиту с бешеной скоростью, а качать энергию из окружающего пространства взамен израсходованной я не успевал. Еще полчаса, от силы – час такого ожидания, и придется придумывать другой способ докопаться до истины. Так что лучше начать действовать прямо сейчас, бездействие в критических ситуациях никогда не состояло в списке моих любимых занятий.

Я снова окинул внимательным взглядом пространство вокруг себя, повернулся вокруг оси на носках ботинок, по-прежнему оставаясь на корточках. Ни единой живой души, никакого намека на живую природу – красно-черная от жара земля и огонь, прорывающийся из трещин. И холод под ногами – ледяные потоки воздуха непрерывно текли снизу. Причем холод не ослабевал, а «горел» ровно, и раскаленная земля вокруг обледеневшего участка не собиралась предъявлять на него права. Неплохо сработано. Найти бы еще искусника, ответственного за сие творчество, и повыдергивать ему что-нибудь лишнее…

Ботинки и одежда из экровелена, с автоматически подключившимися термоэлементами служили дополнительной преградой от тянущего снизу холода, голову защищал капюшон. А вот ничем не прикрытые руки уже начали предательски зябнуть. Не прекращая размышлять над проблемой, я легким усилием воли немного ускорил метаболизм, заставляя тело согреться…

Вот тогда-то это и случилось.

Прямо в пространстве возник вертикальный разрез – как раз там, куда я смотрел, шагах в тридцати. Словно невидимый меч нанес удар, совершенно бесшумно рассекая с изнанки холст художника, выдумавшего этот ад из выжженной до горизонта земли. В образовавшуюся прореху, сквозь которую я разглядел зелень живой природы (теперь понятно, о чем шла речь раньше?), проник всадник, по виду – воин. И сам он, и несший его зверь, обладали жутковатым обликом. За свою жизнь я повидал немало отвратных рож, принадлежащих представителям иных, нечеловеческих рас, но эта послужила бы достойным образчиком для галереи уродов.

Я уже был на ногах. Тревога плеснула в вены бодрящим напитком, и тело мгновенно перешло в состояние боевой готовности.

Воин был высок и массивен. Мощный торс, широченные плечи. Тело от шеи до бедер заковано в черные, не отражающие свет латы, с левого бедра свисает огромный прямой меч, серые ножны прикреплены короткой цепочкой из грубых металлических колец к латам на уровне пояса. Длинный черный плащ, отороченный по краям серебром, лениво плещется за плечами под порывами слабого ветерка. Хищный клыкастый зверь, выгравированный на высоком шлеме воина, распахнул пасть в приступе необузданной ярости… И лицо воина, грубое звериное лицо, ненамного отличалось от изображения на шлеме. Темно-серая кожа, мощные, каменно-застывшие, сильно выдающиеся вперед челюсти, узкие горящие глаза-щели без зрачков, невероятно длинный разрез глазных впадин загибался к виску наподобие крыльев парящей птицы. Зверь под всадником отдаленно смахивал на коня… Я видел коней по визосети в каком-то фантастическом сериале у себя дома, на Нове-2; кажется, они обитают на Марсане, в мире сонного пастушьего захолустья где-то на периферии Федерации. Мирные, гладкошкурые грациозные зверюшки. Этого же «коня» от макушки до массивных копыт-трезубцев обтягивала черная чешуйчатая кожа, жесткая как черепаший панцирь даже на вид, а крутолобую голову с массивными костяными надбровьями и внушительной пастью, усаженной мощными белыми клыками, он определенно позаимствовал у дракона. Дракона я, кстати, видел в том же сериале, и там для него конь являлся отличной закуской, с рыцарем или без, это уже нюансы. А здесь получалась этакая причудливая помесь – драконоконь. Нет, длинновато, пусть будет драконь. Широченную грудь зверя защищал тусклый металлический щит, подвешенный на цепях через холку, морду оплетала сетка из замысловато завитых металлических прутьев – видимо, для защиты от рубящих ударов.

Опасность…

Я всегда ее чувствовал еще до того, как она успевала нанести удар, с тех самых пор, как с помощью чужого по имени Нкот соприкоснулся с искусством Лешу. Мощный ментальный фон угрозы и враждебности окутывал всадника мутным шевелящимся облаком. Скорость восприятия резко подскочила, сознание словно заскользило по наклонной ледяной плоскости, как бы отщелкивая все необходимые подробности сканируемой реальности.

Всадник неторопливо приближался, копыта-трезубцы, преодолев раскаленную твердь без видимого для себя ущерба, вступили на ледяное пятно, с хрустом вспарывая лед и разбрасывая вокруг себя мелкое серебристое крошево. Латы всадника и драконя глухо позвякивали в такт движению. Седок обладал значительным ростом – по предварительным прикидкам, выше двух метров, и зверь под ним был ему под стать – более трех метров от земли до чешуйчатой макушки.

Серьезный противник.

Именно противник, потому как, похоже, он и владел этой ловушкой, а такие вещи не сотворяют с благими намерениями.

В трех шагах от меня драконь остановился, шумно выпустил бледное призрачное пламя из ноздрей, повернув морду вбок, кровожадно скосил на меня черный антрацитовый глаз размером с блюдце. С этого расстояния его седок показался мне опасно близким, – пришлось поднять взгляд, чтобы не упустить из виду хищное полузвериное лицо этой устрашающей махины, неподвижное, словно высеченное из камня.

Пока я мысленно выстраивал первую фразу предстоящего разговора, воин заговорил первым. Низкий мощный голос почти зримо всколыхнул воздух, странной вибрирующей дрожью проникая в мышцы…

– Раб, прибывший из-за Сферы для услужения Владыке Колдэна, повинуйся мне, его слуге, Хранителю Силы Рода, ловчему магу Драхубу! На колени!

Этот тип пытался воздействовать на меня ментально, понял я с некоторым удивлением. Причем я слышал совсем другие звуки – резкие, отрывистые слоги незнакомого языка, который почему-то понимал, хотя автоматически включившийся лингвистический анализатор не распознал еще ни одного слова по столь скудной информации. Очень странно. Но с этим внезапным знанием можно разобраться позже… Погоди, я ведь не ослышался? Ловчему магу? Магу, Зло его подери! Вот теперь я окончательно уверился в своих предположениях относительно мира, в который так опрометчиво сам себя загнал. Ловчий маг – это, видимо, маг, в обязанности которого входит отлавливание чужаков вроде меня. А ловушка, естественно, магическая. А мир, конечно же, живет по этим самым магическим законам, будь они неладны. Вот так занесло…

Стоп.

Этот тип толковал о рабстве?

Большая ошибка с его стороны. Очень большая. Я человек доброжелательный, но в таком тоне разговаривать с собой не позволю никому.

Не дождавшись от меня никакой реакции, маг по имени Драхуб снова угрожающе зарычал:

– На колени, раб! Поторопись выполнить мою волю, ибо неповиновение будет наказано…

Теперь с каждым словом из черного провала рта вырывался язычок голубого пламени, завиваясь в кольца вокруг ослепительно белых клыков, густо усеивающих обе челюсти воина-мага. Я поморщился, как от оскомины. С пламенем этот любитель эффектов перебарщивал. Самоуверенный тип. Но не слишком умный, раз до него еще не дошло, что магическая ловушка на меня, чужака, не особенно-то и подействовала. А сей факт, соответственно, предполагает наличие у данного чужака определенных способностей и силы. Или он считает себя настолько крутым, что ему абсолютно все равно: есть у чужака сила или нет?

Я недобро прищурился, абсолютно не сомневаясь, что никакие объяснения услышаны не будут, раз я уже низведен в раба: ведь раб права голоса не имеет. Впрочем, я и не собирался пускаться в объяснения со столь неприветливым инором – инорасовиком, чужим. Мне необходим источник информации, и подходящий источник находился как раз передо мной. Все друг друга используют, это аксиома. Просто кому-то это удается сделать раньше.

– Неповиновение будет наказано! – вновь пророкотал всадник, и снова не дождавшись выполнения приказа, широко взмахнул руками, на уровне плеч, принимая позу, характерную для сотворения заклинания. Почему характерную? Я частенько видел подобные жесты в фэнтезийных фильмах: там этих типов – магов, колдунов, чародеев, волшебников – хлебом не корми, только дай руками помахать; пара-другая заклинаний – и все проблемы решены.

В тот же миг я понял, что не все так просто. Потому что отчетливо ощутил, как потенциальная опасность в долю секунды переросла в смертельную угрозу и не стал ждать, когда маг сделает меня своей решенной проблемой. Кто знает, как заклинание подействует на меня, чужака в этом мире, не рожденного среди его магии…

Тело привычно ухнуло глубоко в Лешу, в несколько раз ускорив все жизненные процессы, и мир вокруг стремительно замедлил бег.

Руки всадника продолжали подниматься, но теперь, с новой позиции восприятия, поднимались так медленно, словно к запястьям мага вдруг подвесили по тяжеленной гире, а шевеление губ, произносивших какие-то слова, стало почти незаметным. Изменилась и характеристика окружающего пространства – воздух как бы загустел, и высокие тона звуковых волн стерлись на фоне низкого угрожающего гудения. Уровень восприятия обычно ускоряется в соответствии с возрастанием уровня угрозы для жизни – похоже, на этот раз опасность была не так уж и велика, если реальность все еще двигалась.

Недолго думая, я прыгнул прямо с места – три шага не расстояние и без Лешу. Удар открытой ладонью пришелся точно в центр затянутой стальным панцирем груди мага. Затем, едва коснувшись носками ботинок скованной холодом земли, совершенно уверенный в результате своего выпада, я таким же длинным прыжком отскочил на прежнее расстояние. Для обычного наблюдателя со стороны, не владеющего Лешу, удар мог так и остаться незамеченным, в крайнем случае, маг мог разглядеть лишь размытую тень, мелькнувшую туда и обратно.

Но не ощутить такой удар невозможно.

Стальной панцирь на груди мага дрогнул и начал сминаться внутрь в форме человеческой пятерни, будто воск или глина при страшно замедленной покадровой развертке. Все глубже и глубже, пока деформируемый невидимой силой металл не коснулся тела, – и оно содрогнулось, прогнулось назад, выбросив вперед руки и склонив голову, словно от удара многотонным тараном, каким проламывают ворота средневековых крепостей. Воина-мага медленно, но неотвратимо вырвало из седла. По меркам Лешу, полет его мог продолжаться довольно долго, поэтому я вернулся в поток скорости обычного сознания. Полюбоваться делом своих рук можно и так, без неоправданных трат жизненных сил, сгоравших в быстровременье, как топливо костра на бешеном ветру.

Мир тут же сорвался с места, загрохотал и завопил на высоких тонах, атакуя органы восприятия, затем сознание очистилось… Все было привычно.

Вылетев из седла, маг тяжелой бесформенной грудой рухнул на лед, глухо лязгнув латами. Голова его едва не коснулась границы, за которой начиналось огненное пекло.

Я нахмурился.

Маг больше не шевелился, излучение жизненной эманации быстро гасло. После контрольного сканирования выяснилось, что ловчий маг Драхуб, слуга Владыки Колдэна и Хранитель Силы Рода, при падении банально свернул себе шею. Я выругался вслух и от души. Скверно получилось. Не этого я добивался. Не нужна мне смерть этого существа! Так, слегка проучить…

Мысль оборвалась – жуткий, леденящий душу рев буквально взорвал воздух рядом, и что-то мощное и стремительное бросилось на меня. Еще не осознав, что случилось, я снова оказался в Лешу…

Драконь!

Огромное тело твари взвилось на дыбы, тяжелый стальной щит на груди взметнулся, словно лист бумаги, подброшенный движением мощных грудных мышц, копыта с костяными серповидными резаками полоснули воздух перед моим лицом, замахнувшись для смертельного удара. В одно неуловимое мгновение я ощутил силу и мощь этого адского создания, его бешеную ярость, кровавым отблеском полыхнувшую в антрацитовых глазах, жажду крови и мести – за хозяина. Хриплый вибрирующий выдох прочертил воздух пламенной струей, скользнувшей по правому плечу…

Скорость чудовища оказалась просто невероятной, и уровень Лешу моментально взвинтился на целый порядок. Тварь была так смертельно быстра, что страшные копыта в одно мгновение расчленили бы меня на несколько окровавленных кусков, если бы я не уклонился, мгновенно сместив корпус вправо. Конечно, я значительно превосходил драконя по скорости, и резерв далеко не исчерпан, но мощь тела зверя, его стремительных движений вызывали безотчетный ужас где-то на генном уровне и… и рождали восхищение. Да, именно так – восхищение.

Промахнувшись, копыта со всей дури опустились на лед.

Серебристый фонтан сверкающего холода.

Драконь тут же развернулся в очередном прыжке.

Ответ был уже готов: сознание сконцентрировало связывающую мыслеформулу в руке. Метнувшись прямо под зверя, я нанес жесткий удар открытой ладонью в надвигающуюся сверху широченную грудную клетку, под приподнявшийся стальной щит. Ладонь словно врубилась в бетон, и отдача едва не вырвала мне плечо, а махина из мяса и костей продолжала надвигаться, даже не заметив моих усилий по ее укрощению. В Лешу практически нет мыслей – точнее, там они качественно иные и сразу, едва возникнув, выплавляются в действие. Мощный интеллект подсознания за едва уловимое мгновение просчитывает солидную кучу возможных комбинаций и выбирает наиболее подходящую. Поэтому некогда особенно сокрушаться, если, например, расчет веса этой туши почему-то оказался небрежно занижен этим самым злоклятым интеллектом. Не получилось сразу – попробуй применить второй, третий… десятый вариант, пока не добьешься успеха или не погибнешь сам. В данном случае погибать просто смешно, задачка не слишком сложна. Но и убивать зверя, это великолепное адское создание – нет, об этом не могло быть и речи. Куда интереснее и перспективнее попытаться подчинить его себе, ведь способы для этого имелись, способы, которые я уже и раньше применял на животных.

Дальше все напоминало отдельно вырезанные видеокадры.

«Энергия со всего тела споро течет в правую руку, формируя ее в молот…

Земля снова вздрагивает от удара копыт, осколки льда медленно отделяются от нее и устремляются вверх…

Очередной пламенный выдох перед мордой зверя начинает формироваться в струю…

Нырок влево…

Два быстрых шага прямо под брюхо, затянутое корсетом бронированной чешуи и стальных мышц…

Короткий отвод руки к груди для удара – энергия пылает на кончиках пальцев…

Рука пошла вперед…

Движение копыта задней ноги зверя навстречу…

(Слишком медленно. Но как он мог угадать?!)

Пальцы впиваются в чешуйчатую кожу брюха, в связки и мышцы, из-за взвинченной скорости удара податливые, словно масло… уклонение… копыто острым срезом скользит поверх плеча, словно меч разъяренного воина…

…И только сейчас пламя выдоха достигает льда и плавит его там, где меня давно уже нет. Давно – по меркам Лешу.

Три скользящих шага в сторону…

Дело сделано».

Мыслеформула, которую я ввел прикосновением пальцев, уже запущена и действует в драконе самостоятельно. Структурирующий поток энергии скользит по нервным волокнам твари, глубоко проникает внутрь, минует внутренности, движется дальше, по гигантским мехам легких, достигает нервного сгустка, вычисленного как сердце, движется дальше, к мозгу, и охватывает его жестким коконом заданного алгоритма… Расчет оказался точен, и ощущение затухающей жизни зверя касается моей ауры как слабеющее тепло солнечного заката…

Драконь поражен. Оглушен и скован. Сон наваливается на него непреодолимой многотонной тяжестью.

Возврат из Лешу в обычный поток сознания.

Снова привычный хаос из звуков и образов, сопровождающий переход сознания на другой уровень восприятия, и спустя какой-то миг все приходит в норму…

Бедняга.

Драконь пятился из последних сил, запалено хрипел, приседал на задние ноги, словно пытаясь сбросить чуждые оковы магии Мобра, особого искусства структурирования мыслеобраза с Новы-2, но одолеть их был не в силах. Огромное тело неотвратимо влекло к земле… Пламя вилось множеством отдельных смерчиков вокруг судорожно раздувающихся ноздрей. В темных, влажно отблескивающих глазах застыло невероятное потрясение…

В этот момент толчок интуиции заставил меня оглянуться.

Как оказывается, своевременно. Разрез в пространстве, через который проник маг, медленно закрывался. Его края будто затягивались прозрачным вязким клеем, скрывая траву и деревья и возвращая на место картину адского пекла. Забавно, но в фэнтезюхах визосети заклятия обычно гасли после смерти сотворившего их мага.

Впрочем, я сейчас не дома перед визором.

На решение проблемы оставались считанные мгновения, и я бросился вперед. Разрез затянулся уже наполовину, но тридцать шагов – ничтожная доля секунды для быстровременья. Сдвиг происходит сам собой, без малейших усилий, сил имелось еще немало. Носки ботинок в летящем движении одинаково легко скользнули по льду и пеклу, прыжок…

…И я выпадаю в другую реальность, под бледное солнце и свежий ветер.

(Всего игроков: 374, Играло сегодня: 5)

Постоянная ссылка на это сообщение: http://neistrebimyi.ru/reedbuy/seriya-knig-neistrebimyj/neistrebimyj-2-razbudit-zverya/